В начале апреля завершились работы по проекту «Скорлупа» и на базу доставили десяток защитных костюмов. Теперь даже выстрел из плазменного оружия не означал обязательной смерти оперативника: примерно в половине случаев костюмы спасали жизнь.
Двенадцатого апреля вернулся из парижской клиники Ооно Ивасаки, врачи постарались, и он явился на базу свежий и здоровый, как раз к получению лейтенантского чина. Лейтенанта дали также Пиру и Завадскому; Везунчик Ревеню и Мбида давно уже ходили в сержантах. Научники докапывались до все новых и новых тайн инопланетного оружия и техники. Поняли, почему поначалу не стреляли в руках икс-комовцев плазменные пистолеты и ружья – тонкий механизм настройки на нервную систему стреляющего сперва нужно было запустить. Во всяком случае, теперь, после таинственных манипуляций нейротехников, любой оперативник мог подобрать в бою ту же серебристую плазменную винтовку и стрелять, пока не опустошится обойма. Правда, пока нейротехники еще не раскодировали разрешающую команду на смену обоймы, но обещали это сделать еще весной. Сейчас они корпели над тяжелым плазменным ружьем, установкой чудовищной мощности и убойной силы, пробивающей даже новую «Скорлупу» практически всегда.
Еще одна тайна, разгаданная учеными, тотчас была взята на вооружение икс-комовцами. Тот самый тусклый шар, захваченный впервые еще в самой первой миссии. Тот, который считали средством коммуникации чужаков. В общем, оказалось и так, и не так. Шар этот при правильном обращении позволял считывать информацию прямо из мозга живых существ. Он не умел читать мысли в обычном понимании, это был скорее пси-сканер. Оперативники быстро научились им пользоваться и определять кто перед ними находится – солдат-сектоид, инженер, навигатор, лидер, медик… Захват живых пришельцев сильно упростился, но поймать живого сектоида долго не удавалось, в конце концов все равно приходилось его убивать, потому что жизнь кого-нибудь из икс-комовцев оказывалась под угрозой.
Проект разворачивался все шире, финансирование возросло, набирался новый штат ученых, закладывались новые лаборатории. Стали поговаривать о третьей базе, в Африке, уж слишком часто засекались вражеские корабли над Сахарой и джунглями.
А чуть позже, в начале мая стало известно, что правительство ЮАР заключило некий негласный договор с представителями инопланетян. Едва не разгорелся крупный международный скандал, помешал этому только рассказ одного из охотников, кочующих по территории Мозамбика. По всей видимости, он набрел на базу пришельцев, совершенно случайно. Не раз наблюдал взлетающие и садящиеся корабли, несколько раз натыкался на снующих в окрестностях базы «серых людишек с большими головами». В описании нетрудно было узнать сектоидов.
ООН урезало финансирование за апрель: слухи о базе чужаков дошли и до Женевы. Ничего не оставалось, как пытаться уничтожить ее. Тем более, что несколько абдукторов прошли в разные дни над Европой, и ни разу перехватчики не смогли их догнать. А значит, исчезали люди. И икс-комовцы не сумели этому помешать.
Пятого мая «Рейнджер-Европа» взял курс на юго-восточную Африку. Десятка икс-комовцев самого боевого состава была настроена более чем решительно. Уверенности каждому добавляла тяжесть темно-серой «Скорлупы» на плечах.
Пир почти всю дорогу бессовестно проспал, потому что летели долго; лишь когда на экране появился ван Торенс, Завадски Пира растолкал.
– Очнись, Пир! Проспишь все на свете.
Лихачев через силу открыл глаза.
– Полчаса до высадки, – добавил Ник. – Разминай мозги.
– Что мозги, – Пир потянулся. – Я стреляю не мозгами.
Завадски усмехнулся:
– Тогда разминай то, чем стреляешь
– Привет, ребята! – ван Торенс сегодня был озабочен больше обычного. – Как настроение?
– Замечательно, – уверил его Везунчик Ревеню. – Вынесем сегодня всех в лучшем виде. Что скажешь? Сколько головастиков окажется на базе?
– По предварительным прикидкам – десятка два. Включая кибердиски. Ник, Пир и Ивасаки, как всегда, идут с шокерами. Авось кого-нибудь возьмете… Кстати, хорошо бы лидера или коммандера – они обязательно будут на базе. Видите вот этот знак?
Ван Торенс показал начертанный на куске ватмана символ, отдаленно напоминающий адидасовский трилистник.
– Вы найдете его на стене шлюза, ведущего в командный центр. А вот это знак медицинских служб; это – технических… Запоминайте, чтоб ориентироваться там, на базе.
– У меня вопрос! – МакМаннаман с надеждой поднял руку. – Мой танк сможет передвигаться по базе? Не застрянет?
Ван Торенс кивнул:
– Мы обсуждали этот вопрос. Да, с большим процентом вероятности танк способен проникнуть на базу и передвигаться там без особых проблем. У сектоидов ведь есть кибердиски, а они практически такие же большие, как наш танк. Как-то же они должны маневрировать там, у себя. Верно?
МакМаннаман удовлетворенно хмыкнул.
– О'кей. Лишь бы мой пульт пробился вниз, под землю…
– Пир, Ник, Ооно… Научники воют и требуют живого сектоида. В общем, Батт говорил, что если и на этот раз не привезем, будут трудности с ООНовцами. Чего-то они кочевряжатся, грозятся урезать бюджет. Нужны новые артефакты. И особенно – чужаки, живые чужаки. Техники, врачи, офицеры, навигаторы. Постарайтесь там…
– Ладно, постараемся, – вздохнул Завадски. – Моя бабушка…
Он не успел договорить, из кабины выглянул растрепанный Валерка.
– Эй, держитесь! Нас пытаются сбить.
«Рейнджер» основательно тряхнуло, забросив Валерку назад, в кабину.
– Стреляют, гады! – Мбида покачал курчавой головой и заботливо поправил покосившийся в зажимах «Шкар».
Вылетевшие вдогонку «Интерсепторы» устроили над оборонительными заслонами сектоидов воздушную карусель. «Рейнджер» тряхнуло еще раз, и он стал стремительно снижаться.
– Готовность! – предупредил первый пилот. – Сейчас буду высаживать! Касания грунта не будет, прыгнете навзвис. Осторожно, турбины работают в посадочном режиме, не забывайте, а то собьет струями.
– Йе-эп! – Ревеню щелкнул губами. – Помним, Джонатан, не волнуйся.
Десантный люк с лязгом отворился, впуская в «Рейнджер» теплый африканский воздух. МакМаннаман вцепился в свой неразлучный пульт и танк, протарахтев гусеницами по железному днищу десантного отсека, вывалился наружу.
– Начали! – объявил Ревеню и, глянув вниз, ринулся навстречу ветру. За ним отправился Мбида, потом Ивасаки, потом Завадски…
Следующим шел Пир. До земли было метров пять с небольшим. Он прыгнул в овальный провал люка, почувствовав кожей перегретый воздух, тянущий от турбин. Земля упруго толкнулась в ступни.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
